По пути в Нью-Йорк Бенни и Бет играют в шахматы без доски, просто называя ходы, и репетируют русские фразы - так, словно это игра, в которую можно играть всегда и везде. В его квартире в Гринвич-Виллидж начинается настоящая подготовка к Парижу. Бенни приглашает Хилтона Векслера и Артура Левертова - сильных, занудных, бесконечно преданных игре. С ними приходит Клео, французская модель, которая когда-то была с Бенни, а теперь просто смотрит. Бет выигрывает у всех троих в быстрые шахматы, забирая у них не только партии, но и деньги. Клео становится её единственным другом в этом мужском мире.
Ночью Бенни и Бет поддаются тому, что назревало всё это время. Но после близости Бенни возвращается к шахматам, и Бет понимает: для него она всегда будет партией, которую нужно разобрать. В Париже она доходит до финала, до Боргова. Клео звонит в номер, зовёт выпить. Бет медлит, но спускается. Она просыпается от стука администратора, быстро одевается, оставляя Клео в своей постели. Похмелье, пустая голова, ошибки. Она снова проигрывает Боргову.
Бенни звонит, предлагает вернуться в Нью-Йорк. Бет отказывается. Она едет в Кентукки, где Олстон вдруг вспоминает, что дом принадлежит им обоим, и требует выкуп. Бет платит, забирает ключи и остаётся одна. Алкоголь, таблетки, дни, которые не различаются. Она падает, ударяется головой о журнальный столик и лежит на полу, глядя в потолок, где давно нет фигур.
Гарри приходит, смотрит на неё и говорит: «Тебе нужно лечиться». Бет прогоняет его. На следующее утро на пороге появляется Джолин - та самая девчонка из приюта, которая учила её, что взрослые не всегда правы. Она смотрит на Бет без жалости, без советов. Просто стоит в дверях, пока Бет решает, впустить её или остаться одной.
